Рубрики
Книги Публикации Церковь Объединения

Хочу, чтобы в Советском Союзе была свобода вероисповедания

Отрывки из книги-автобиографии преп. Мун Сон Мёна «Человек планеты, любящий мир», вышедшей в свет в Корее в марте 2009 года.

В апреле 1990 года я созвал в Москве конференцию средств массовой информации. Уже в аэропорту представители советского правительства встретили меня по протоколу на уровне глав государств. Для меня это было неожиданностью. Мы въехали в центр Москвы в сопровождении милицейского эскорта. Автомобиль, который вез меня, ехал по центральной разделительной полосе дороги, используемой только первыми лицами государства. Все это имело место еще до распада Советского Союза. Советское правительство сделало такое исключение для меня, ярого антикоммуниста.

На конференции СМИ я выступил с речью в поддержку движения перестройки. Я подчеркнул, что новая революция должна быть бескровной революцией души и сердца. Хотя целью моего визита было участие во Всемирной конференции СМИ, все мои мысли были сосредоточены на встрече с президентом Горбачевым.

В то время в Советском Союзе президент Горбачев был очень популярен благодаря успехам его политики перестройки. При желании я мог бы встретиться хоть десятки раз с президентом США, но организация встречи с президентом Горбачевым была куда более сложным делом.
Я переживал, удастся ли устроить хотя бы одну встречу. Я должен был передать президенту свое послание, и важно было сделать это во время личной встречи.

Г-н Горбачев активно проводил реформы в Советском Союзе, открывая страну навстречу ветрам свободы. Однако с течением времени эти реформы все чаще принимались в штыки, нацеленные ему в спину. Если ситуацию пустить на самотек, она могла бы обернуться для него большой опасностью. Я объяснил так: «Если президент не встретится со мной, то он не сможет поймать волну небесной удачи и остаться на посту».

Возможно, президент Горбачев услышал это выражение моей озабоченности. На следующий день он пригласил меня в Кремлевский дворец.

Я въехал в стены Кремля на лимузине, предоставленном советским правительством. Войдя в кабинет президента, мы с женой заняли предложенные нам места, а рядом с нами сели члены Кабинета министров СССР. Президент Горбачев широко улыбнулся и энергично стал рассказывать нам об успехах перестройки.

Затем он пригласил меня на частную беседу, где мы встретились уже лицом к лицу. Я воспользовался открывшейся возможностью, чтобы передать ему следующее послание: «Г-н президент, благодаря перестройке Вы уже смогли добиться значительных успехов, однако одних этих реформ не будет достаточно. Вам следует незамедлительно предоставить свободу вероисповедания в Советском Союзе. Если Ваши реформы будут затрагивать лишь материальный мир, без участия Бога, то перестройка неминуемо обречена на провал. Эпоха коммунизма подходит к концу. Единственным шансом для спасения Вашей страны является свобода вероисповедания. Для Вас настало время действовать с мужеством, которое Вы проявили, начав реформы в Советском Союзе, и стать президентом мирового масштаба, трудящегося ради построения мира во всем мире».

При одном упоминании о свободе вероисповедания лицо президента Горбачева переменилось — он совсем не ожидал этого. Однако, вспомнив, что я являюсь человеком, который способствовал воссоединению Германии, он быстро смягчился и начал спокойно воспринимать мои слова. Я продолжал: «Южная Корея и Советский Союз вот-вот должны установить дипломатические отношения. В этой связи прошу Вас лично встретиться с президентом Южной Кореи Ро Дэ У». Я в деталях объяснил, чем дипломатические отношения будут выгодны для обеих стран.

Когда я сказал все, что намеревался, президент Горбачев дал мне обещание тоном уверенности, какого я прежде от него не слышал. И вот его слова. «Я уверен, — сказал он, — что отношения между Южной Кореей и Советским Союзом будут развиваться успешно. Я также считаю, что политическая стабильность и ослабление напряженности на Корейском полуострове крайне важны. Установление дипломатических отношений с Южной Кореей — это лишь вопрос времени, и для этого нет никаких препятствий. Откликаясь на Ваше предложение, я непременно встречусь с президентом Ро Дэ У».

Прощаясь с президентом Горбачевым, я снял свои наручные часы и застегнул их на его запястье. Он выказал некоторое недоумение, почему я отношусь к нему как к своему закадычному другу. Тогда я решительно заявил ему: «Всякий раз, когда Ваши реформы столкнутся с трудностями,
я прошу Вас взглянуть на эти часы и вспомнить обещание, которое Вы дали мне сегодня. Если Вы это сделаете, Небеса непременно откроют Вам путь».

Как президент Горбачев и обещал, в июне того же года он встретился с президентом Ро Дэ У в рамках двусторонней встречи на высшем уровне в Сан-Франциско. Позднее, 30 сентября 1990 года, спустя восемьдесят шесть лет Республика Корея и Советский Союз подписали историческое соглашение об установлении дипломатических отношений.

Конечно, политикой должны заниматься политики, а дипломатией — дипломаты, но иногда, когда дверь заперта слишком долго, вмешательство верующего человека, у которого нет своих корыстных интересов, может быть гораздо более эффективным.

Четыре года спустя президент Горбачев с супругой посетили Сеул, и мы с женой имели честь принимать их в своем доме в районе Ханнамдон. После переворота в стране президент Горбачев уже был отстранен от власти. Когда антиреформистские силы выступили против перестройки,
он ушел с поста Генерального секретаря ЦК КПСС и распустил саму партию. Будучи коммунистом, он распустил Коммунистическую партию.

Бывший президент СССР вместе с первой леди, пользуясь палочками, ели вкусно приготовленные пульгоги и чапче. Когда на десерт подали сучонггва, г-н Горбачев несколько раз повторил: «В Корее просто превосходная национальная кухня». Теперь они с супругой выглядели совсем иначе, чем во время первой встречи в кремлевском кабинете. Г-жа Горбачева, читавшая раньше в Московском государственном университете лекции по марксистско-ленинской философии, носила цепочку с крестиком.

Я сказал ему: «Г-н президент, Вы сделали важное дело. Вы отказались от должности Генерального секретаря  Коммунистической партии Советского Союза, но вместо этого теперь стали президентом мира. Благодаря Вашей мудрости и мужеству у нас есть возможность построить мир во всем мире. Вы сделали для планеты самый важный, вечный и красивый подарок. Вы — герой мира, исполнивший Божий наказ. Именем, которое навечно войдет в историю России, будет имя не Маркса, Сталина или Ленина. В историю войдет только имя «Михаил Горбачев»».

Я дал высокую оценку решению г-на Горбачева без всякого кровопролития привести к распаду Советский Союз, оплот коммунизма. На это г-н Горбачев ответил: «Преподобный Мун, Ваши слова являются для меня большим утешением. В них я черпаю силы, чтобы двигаться вперед. Я посвящу остаток своей жизни осуществлению проектов, которые послужат делу построения мира во всем мире». И он крепко сжал мою руку.

Выходя из Кремлевского дворца после встречи с г-ном Горбачевым, я обратился к сопровождавшему меня Паку Бо Хи и дал ему особые указания. Я сказал: «До конца 1991 года мне необходимо встретиться с президентом Ким Ир Сеном. Времени мало. Через год или два Советскому Союзу придет конец. У нашей страны могут возникнуть проблемы. Я должен любыми способами встретиться с президентом Кимом, чтобы предотвратить новую войну на Корейском полуострове».

Я знал, что после распада Советского Союза большинство стран, придерживающихся коммунистического режима, также распадется, Северная Корея окажется загнанной в угол и в этих обстоятельствах никто не сможет предсказать, на какие провокации руководство этой страны будет тогда способно. При этом одержимое стремление КНДР к обладанию ядерным оружием еще больше усугубляло ситуацию.

Чтобы не допустить войны с Северной Кореей, нам к этому времени необходимо было установить дипломатический канал переговоров с ее руководством. Так или иначе, я должен был встретиться с президентом Кимом и заручиться его обещаниями не начинать боевых действий против Южной Кореи.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *